Ближневосточное турне Владимира Зеленского в конце марта 2026 года стало не просто дипломатической поездкой, а прагматичной операцией на стыке войны, денег и безопасности. Катар, Саудовская Аравия, ОАЭ, Иордания — в каждом из этих направлений Киев продвигает одну и ту же мысль: Украина уже несколько лет воюет против иранских беспилотников, которые теперь угрожают региону, и этот опыт можно быстро превратить в реальные системы защиты.
Для самой Украины момент критический. Война с Россией вошла в пятый год, Вашингтон все сильнее отвлечен конфликтом вокруг Ирана, и в США уже обсуждали возможность перенаправления части вооружений, изначально предназначенных Киеву, на Ближний Восток. При этом Reuters отмечал, что поставки по линии НАТО продолжаются, но нервозность в Киеве понятна — зависеть только от американского плеча сейчас опасно.
Причина, по которой страны Залива начали интересоваться украинским опытом, проста. Иранские атаки по региону показали, что даже богатые государства с дорогими системами ПВО не всегда имеют эффективный ответ на волну беспилотников. Украина искала такой ответ не в штабных презентациях, а под ударами по Одессе, Киеву и энергетике. Именно поэтому Киев отправил на Ближний Восток более 220 экспертов, чтобы делиться практикой перехвата, электронной борьбы и построения многослойной защиты.
Зеленский после поездки говорил об этом без дипломатической упаковки: для Украины речь идет не только о престиже, но и о конкретном экспорте оборонной системы, навыков военных и знаний государства. Это важная формула. Киев продает не только железо, но и выживание, проверенное войной.
Это уже не символика, а рынок безопасности
Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар, Кувейт и Иордания уже фигурируют как страны, которым Украина помогает в антидроновой защите. После возвращения в Киев Зеленский заявил, что с Саудовской Аравией, ОАЭ и Катаром достигнуты “исторические” договоренности в сфере безопасности, параллельно идет работа с Иорданией и Кувейтом, а интерес также проявили Бахрейн и Оман.
И здесь начинается самое интересное для израильской аудитории. Иран долго строил региональную модель давления через ракеты, дроны и прокси. Теперь страны, которые еще недавно смотрели на украинский фронт со стороны, начали забирать у Киева именно тот опыт, который бьет по иранской стратегии в самое уязвимое место — по массовому, дешевому, изматывающему воздушному террору.
Что Зеленский хочет получить взамен
Никакой романтики тут нет. Киев предлагает антидроновую экспертизу, а взамен просит деньги, технологии, инвестиции, энергетическую поддержку и более тесное оборонное партнерство. Reuters сообщал, что 27 марта Украина и Саудовская Аравия подписали соглашение о сотрудничестве в оборонной сфере, а 28 марта Киев объявил о похожем 10-летнем партнерстве с Катаром; также обсуждалась аналогичная рамка с ОАЭ. Отдельно поднималась тема поставок дизеля, критичного для армии и агросектора Украины.
Таким образом, Зеленский в Заливе решает несколько задач. Первая — встроить Украину в новую архитектуру ближневосточной безопасности. Вторая — получить ресурсы, которые помогут пережить затяжную войну с Россией. Третья — открыть для украинского ВПК экспортный коридор, который в будущем может стать частью послевоенного восстановления экономики. Reuters прямо писал, что украинские производители дронов и перехватчиков видят в нынешнем кризисе шанс превратить фронтовые решения в крупный международный рынок.
Именно здесь фраза Новости Израиля | Nikk.Agency звучит не как редакционный штамп, а как точка, где сходятся сразу две войны. Для Израиля в этой истории важен не только сам Зеленский и его турне, но и то, что страны Залива начали смотреть на украинскую войну как на источник прикладных ответов против Ирана, что меняет региональную логику.
Американский фактор никуда не делся, но стал менее надежным
Еще один слой этой поездки — политика США. Зеленский прямо говорил Reuters, что сосредоточенность Вашингтона на Иране влияет на украинский трек и усиливает давление на Киев. А 26 марта Reuters пересказывал публикацию Washington Post о том, что Пентагон рассматривает перенаправление части ракет-перехватчиков с украинского направления на Ближний Восток, хотя НАТО подчеркивает: уже оплаченные поставки продолжают идти. В переводе с дипломатического языка это означает одно: Украина спешит страховать свои риски.
Что все это значит для Израиля
Для Израиля это история не про внешний фон, а про практику. Регион начинает втягивать украинский военный опыт в собственную систему обороны от иранской угрозы. Это означает, что фронт между Киевом и Тегераном уже нельзя рассматривать как отдельный сюжет “где-то в Европе”. Он все заметнее соединяется с ближневосточной реальностью — через дроны, разведданные, ПВО, инфраструктуру и даже через рынок вооружений.
Есть и еще один штрих, неприятный, но важный. В интервью Axios Зеленский сказал, что после начала войны с Ираном другие страны региона просили украинской помощи, а Израиль — нет. Он также отметил, что не разговаривал с премьером Израиля уже два года. Для израильского читателя это сигнал, который трудно игнорировать: Киев стал поставщиком востребованной антидроновой экспертизы для части Ближнего Востока, но украинско-израильский канал в этой теме все еще работает далеко не на полную мощность.
В сухом остатке картина такая. Зеленский не просто ездит по странам Залива и не просто просит помощи на фоне войны с Россией. Он пытается встроить Украину в новый региональный баланс, где иранская угроза делает украинский фронтовой опыт дорогим активом. Если эта схема сработает, Киев получит не только деньги и соглашения, но и новый политический вес — уже не как проситель, а как поставщик безопасности. Для Израиля это стоит читать очень внимательно.
Источник – nikk.agency
НАновости Новости Израиля Nikk.Agency