Новая сцена войны открывается далеко от Украины. Пока Москва продолжает с маниакальным упрямством вбивать свои ресурсы, людей и репутацию в войну против Украины, за пределами привычного фронта начинает вырисовываться куда более неприятная для Кремля картина. Речь уже не только о Черном море, санкциях или ударах по военной инфраструктуре. По данным расследования RFI, пересказанного рядом международных и украинских изданий, Украина могла получить опорные точки в западной Ливии для действий против российских судов в Средиземном море.
Сама по себе эта история выглядит почти символически. Страна, которую в Кремле годами пытались представить как жертву, обреченную на изоляцию и истощение, теперь, по сообщениям прессы, начинает теснить российское присутствие в тех регионах, где Москва десятилетиями надувала щеки, продавала образ «великой державы» и строила свои привычные схемы влияния. Если эти данные окончательно подтвердятся, перед нами уже не просто эпизод войны, а очень показательный геополитический разворот.
Для израильской аудитории в этой истории есть отдельный смысл. Израиль слишком хорошо знает, что такое сдвиг баланса сил в Восточном Средиземноморье, и слишком близко находится к маршрутам, где переплетаются нефть, газ, военные грузы, теневые флоты и интересы внешних игроков. Поэтому сюжет про Ливию, Украину и российские суда — это не далекая экзотика, а новость из пространства, напрямую связанного с безопасностью и логистикой всего региона.
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency
Что именно сообщают о присутствии Украины в Ливии
Согласно материалам, основанным на расследовании RFI, соглашение о присутствии украинских военных в западной Ливии якобы действует с октября 2025 года. В публикациях говорится, что на территории, контролируемой правительством Абдель Хамида Дбейбы в Триполи, могли находиться более 200 украинских офицеров и специалистов, а среди упоминаемых точек фигурируют Мисрата, район Меллиты и Триполи. Associated Press позднее также сообщило со ссылкой на ливийских чиновников о тайной договоренности между Киевом и западноливийскими властями.
При этом важно отделять подтвержденное от заявленного. Международные агентства действительно описывают историю с поврежденным российским газовозом Arctic Metagaz и приводят версии о вероятной украинской атаке морскими дронами, но далеко не все детали, гуляющие по соцсетям, подтверждены одинаково надежно. Например, история про второе судно Qendil встречается в пересказах и производных публикациях, однако по уровню подтверждения она заметно слабее, чем эпизод с Arctic Metagaz.
Удар по «теневому флоту» и удар по имперскому мифу
Почему история с Arctic Metagaz так болезненна для России
Российский газовоз Arctic Metagaz, связанный в публикациях с так называемым теневым флотом, получил тяжелые повреждения в начале марта 2026 года у берегов Ливии. Reuters и AP сообщали, что судно осталось на плаву, дрейфовало, буксировка срывалась из-за непогоды, а сама ситуация вызвала тревогу еще и из-за риска экологического инцидента в Средиземном море. Москва, в свою очередь, обвиняла Украину и британские спецслужбы.
Для Кремля эта история неприятна сразу на нескольких уровнях. Во-первых, это удар по практической логистике и по маршрутам, которые помогают обходить давление санкций. Во-вторых, это демонстрация того, что война, развязанная против Украины, начинает вытекать за пределы привычных карт и бить по российским интересам там, где Москва раньше чувствовала себя сравнительно уверенно. В-третьих, это мощный удар по образу государства, якобы контролирующего собственную периферию и способного навязывать правила игры далеко от своих границ.
Здесь и возникает та самая историческая ирония. Пытаясь сломать Украину, Россия запустила процесс собственного выдавливания из международных пространств, где еще недавно любила показывать флаг, торговать влиянием и разыгрывать роль обязательного участника всех региональных раскладов. Теперь же, по сообщениям СМИ, именно Украина начинает действовать там, где раньше Москве казалось, что она сидит всерьез и надолго.
Почему Ливия стала особенно важной точкой
Ливия давно остается ареной пересечения внешних интересов, где присутствовали или пытаются присутствовать Россия, Турция, западные страны и различные местные силы. Reuters недавно отдельно писало о нарушениях оружейного эмбарго, о дронах и о продолжающемся внешнем влиянии на разные ливийские центры силы. На таком фоне возможное украинское присутствие в западной части страны выглядит не эксцентричным эпизодом, а частью более широкой борьбы за Средиземноморье и Северную Африку.
Для Израиля это особенно важно, потому что Восточное и Центральное Средиземноморье — не абстрактная география. Это зона, где пересекаются энергетика, безопасность морских путей, маршруты поставок и влияние государств, которые по-разному относятся к еврейскому государству и к западному порядку в целом.
Почему эта история важна не только Украине
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency обращают внимание: даже если часть деталей этой истории еще требует дальнейшего подтверждения, сама тенденция уже выглядит предельно показательно. Украина, которую в Кремле пытались загнать в оборону и истощение, все чаще действует как субъект, способный не только держать фронт, но и переносить давление на российские интересы далеко за пределами собственной территории.
Для Израиля здесь есть еще один урок. В современном конфликте выигрывает не тот, кто громче всего орет про «величие», а тот, кто умеет ломать чужую логистику, вытеснять противника с маршрутов, расшатывать его позиции на периферии и превращать его прежние зоны влияния в поле чужой инициативы. Именно так империи и теряют жир, накопленный за столетия: не одним ударом, а серией болезненных, точных и унизительных смещений.
И если сообщения о ливийском эпизоде в своей основной части верны, то самое неприятное для Москвы даже не в поврежденном газовозе. Самое неприятное в том, что география войны для России расширяется, а география ее контроля — наоборот, начинает сжиматься.
Источник – nikk.agency
НАновости Новости Израиля Nikk.Agency