24 февраля 2026 года израильский журналист Дан Гольдман опубликовал видео о судьбах украинских евреев, переживших Холокост, и праведников народов мира, которые вновь оказались в условиях войны. Материал вышел в годовщину полномасштабного вторжения России в Украину и стал попыткой ответить на вопрос: что чувствуют люди, уже пережившие одну катастрофу, когда история снова ломает их жизнь?
Это видео — не просто журналистский материал, а документ эпохи, который должен увидеть каждый израильтянин. Речь идет не о политике, а о людях, которые уже однажды пережили Катастрофу и сегодня, в преклонном возрасте, снова живут под сиренами, в холодных квартирах без света и воды.
Мы обязаны понимать: то, что происходит в Украине, — это не «геополитический спор» и не абстрактный конфликт. Системные удары по энергетике, оставляющие пожилых людей при -20° без отопления, — это сознательная тактика давления на мирное население. Государство, которое целенаправленно разрушает гражданскую инфраструктуру и делает жизнь стариков невыносимой, — это террористическая логика войны, а не «освободительная миссия».
Для израильского общества, чья историческая память строится вокруг Холокоста и формулы «Никогда больше», особенно важно услышать голоса тех, кто пережил гетто, а теперь говорит о «второй катастрофе». Это видео — повод не только к сочувствию, но и к трезвому моральному выбору.
Видео соединяет личный взгляд автора, документальные свидетельства и прямые рассказы пожилых героев из Киева, Кривого Рога, Черкасс и других городов.
Почему сравнения с Холокостом вызывают споры
Одна из первых тем ролика — отношение Израиля к любым историческим параллелям с Катастрофой. Гольдман напоминает, что в Израиле крайне болезненно воспринимают сравнения современных трагедий с Холокостом. Он приводит пример выступления Владимира Зеленского в Кнессете весной 2022 года, вызвавшего неоднозначную реакцию.
Главный тезис: Холокост — беспрецедентное преступление по масштабам и системности уничтожения. Любая неосторожная аналогия может восприниматься как обесценивание исторической памяти. Однако автор переносит фокус на моральный аспект — не на сравнение трагедий, а на человеческое переживание катастрофы во второй раз.
Личная история 24 февраля
Отдельный блок посвящён личному опыту самого автора. 24 февраля для него — не только политическая дата, но и эмоциональный рубеж. Он вспоминает первые дни войны, свои эфиры в Израиле, реакцию украинских репатриантов и историю своей семьи.
Через личный ракурс видео приобретает интонацию не абстрактного анализа, а попытки понять, что происходит с людьми, для которых война стала повторением старых страхов.
Энергетический кризис как «вторая катастрофа»
Центральная тема ролика — жизнь пожилых людей в условиях системных ударов по энергетической инфраструктуре Украины. Герои рассказывают о квартирах без отопления при температуре -18°, о перебоях с водой, электричеством и связью. Особенно тяжело приходится людям старше 80 лет, многие из которых живут одни.
Председатель Украинской ассоциации бывших узников гетто и концлагерей Борис Забарко говорит о «второй катастрофе» — не в историческом смысле, а в эмоциональном. По его словам, нынешние условия возвращают воспоминания детства: холод, голод, страх, изоляция. Речь идет не о риторике, а о психологическом эффекте повторной травмы.
Эта тема в материале звучит как предупреждение — гуманитарная поддержка остаётся критически важной. Новости Израиля | Nikk.Agency
Несмотря на тяжёлые условия, герои подчёркивают: в современной Украине нет открытого государственного антисемитизма. Этот момент звучит контрастно на фоне глобального роста антисемитских настроений в мире. Автор задаётся вопросом: откуда у этих людей столько моральных сил? Ответ он находит в общинах, взаимной поддержке и личной ответственности каждого.
Финальная мысль видео — о равнодушии. Гольдман напоминает, что Холокост стал возможен не только из-за зла, но и из-за бездействия. Сегодня мир не может сказать «мы не знали». Информация доступна мгновенно. Но вопрос остаётся прежним: готовы ли люди действовать или выберут равнодушие?
Фраза «Никогда больше» в интерпретации автора — это не политический слоган, а личная моральная позиция.
Источник – nikk.agency
НАновости Новости Израиля Nikk.Agency