Переговоры между США и Ираном в Швейцарии привлекли внимание не только к ядерной программе Тегерана, но и к ситуации в Ливане. В центре обсуждений оказался северный фронт Израиля, конфликт с «Хизбаллой» и создание нового международного механизма контроля за прекращением боевых действий.
Первая сессия переговоров высокого уровня в рамках Islamabad Memorandum of Understanding завершилась в Bürgenstock, Швейцария, 22 июня 2026 года. В ней участвовали представители США, Ирана, а также посредники из Катара и Пакистана.
Саммит стартовал 21 июня, когда Катар объявил о своей роли посредника. Переговоры прошли в «позитивной и конструктивной атмосфере», и стороны договорились о создании механизма для продолжения технических переговоров и High Level Committee — комитета высокого уровня для политического надзора.
Рабочие группы займутся ядерной программой Ирана, санкциями и механизмом разрешения споров. Также была заявлена дорожная карта к финальному соглашению в течение 60 дней.
Одним из ключевых пунктов стало создание координационной ячейки по Ливану, которая должна обеспечить соблюдение прекращения военных действий. Однако возникает важный вопрос: где в этом механизме Израиль?
На переговорах США представляли вице-президент JD Vance, спецпосланник Steve Witkoff и Jared Kushner. Иранскую сторону представляли спикер парламента Mohammad Bagher Qalibaf и министр иностранных дел Abbas Araghchi. Посредниками выступали премьер-министр Пакистана Shehbaz Sharif и премьер-министр Катара Sheikh Mohammed bin Abdulrahman bin Jassim Al Thani.
Израиль не был упомянут в официальных заявлениях, что вызывает серьезные опасения. Если речь идет о Ливане, то это неизбежно связано с «Хизбаллой» и иранским влиянием на безопасность Израиля.
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency подчеркивают, что механизм прекращения военных действий в Ливане может быть создан без участия Израиля, что ставит под угрозу его безопасность.
Отсутствие Израиля в переговорах может привести к тому, что решения по северному фронту будут приниматься без его участия. Это создает риск, что «Хизбалла» и Иран смогут использовать каждое обострение для давления на Израиль и США.
Ливан становится инструментом давления в переговорах между Вашингтоном и Тегераном. Если переговорный процесс зависит от «тишины» в Ливане, Иран получает возможность управлять этой тишиной, что может угрожать безопасности Израиля.
Для израильтян это не просто дипломатическая игра. Если международный механизм по Ливану будет строиться без Израиля, это может создать несколько проблем. Израиль рискует оказаться в ситуации, когда должен учитывать решения, принятые без его участия.
Кроме того, «Хизбалла» и Иран могут использовать каждое обострение как способ давления на Израиль и США. Ливанская Республика может выглядеть как государственный участник, хотя на деле контроль над ситуацией осуществляет именно «Хизбалла».
Главный вопрос заключается в том, может ли быть устойчивым прекращение боевых действий, если интересы Израиля не учитываются. Ответ очевиден: такая конструкция может быть удобной для переговорщиков, но не безопасной для Израиля.
Официальные заявления о дипломатическом прогрессе скрывают простой факт: ливанский фронт становится частью сделки между США и Ираном. Если Израиль не обозначен в этой формуле, он должен четко заявить, что никакие договоренности по Ливану не могут подменять его право защищать своих граждан.
Таким образом, итог первого этапа переговоров в Швейцарии следует рассматривать не только как дипломатическую новость, но и как предупреждение. Если Ливан становится частью американо-иранской сделки, Израиль должен ясно обозначить свои интересы, иначе он рискует оказаться в уязвимом положении.
Источник – nikk.agency
НАновости Новости Израиля Nikk.Agency