Юваль Ной Харари не призывает Израиль отказаться от силы. Это важно подчеркнуть, чтобы не исказить его мысль. Он не оспаривает необходимость армии, разведки и готовности к ответу на угрозы со стороны ХАМАС, «Хезболлы» и Ирана. Однако Харари поднимает другой вопрос: если сила становится единственной верой государства, она перестает обеспечивать безопасность и начинает требовать всё больше ресурсов.
В какой-то момент страна перестает защищать будущее и застревает в настоящем, где каждый день объясняется новая угроза и необходимость действовать с ещё большей жестокостью. Его разговор с Эзрой Кляйном 26 мая 2026 года звучит как предупреждение для Израиля, Украины и всего мира, который снова привыкает к языку империй и силового шантажа.
Когда сила становится единственным языком, Харари оспаривает простую формулу: миром правят сила и доминирование. После 7 октября такая формула кажется особенно убедительной, ведь израильтяне стали свидетелями того, как террористическая организация может прорваться через границу и убивать мирных людей. Но это и есть ловушка.
Харари напоминает, что человеческие общества не строятся только на грубой силе. Если бы это было так, люди не создали бы государства, армии и университеты. История человечества — это не только насилие, но и доверие между незнакомцами. Солдат защищает людей, которых никогда не видел, врач лечит пациента не потому, что тот его родственник. Это и есть сила общей истории.
Харари приводит пример Путина, который был уверен, что Украина рухнет за 48 часов. Но этого не произошло. Это важный урок для всех политиков, которые смотрят на карту и не видят того, что невозможно быстро измерить: волю общества и готовность людей защищать дом. Путин ошибся, приняв народ за массу, а страх — за гарантию победы.
Для Израиля этот пример важен, хотя ситуации в Украине и Израиле разные. Обе страны живут в мире, где враги проверяют, можно ли снова захватывать и убивать.
Национализм: любовь к своим или культ ненависти
Харари защищает национализм от тех, кто превратил его в карикатуру. Он утверждает, что национализм в нормальном смысле — это не ненависть к чужим, а любовь к своим. Израильская нация строилась как проект взаимной ответственности, и такой национализм не требует постоянной истерики.
Но когда национальная идея начинает питаться только страхом и ненавистью, она постепенно пожирает саму себя. Врагом становится не только внешний противник, но и оппозиция, суды, пресса, половина собственного народа. Это особенно опасно для Израиля, который не может позволить себе внутреннюю гниль.
Харари подчеркивает, что такие темы не являются отвлеченной философией, а частью реальной повестки Израиля и еврейского мира. Война идет не только на фронтах, но и в политике, медиа и социальных сетях.
Украина и табу, которое нельзя ломать
Харари говорит о международном табу на захват чужих стран силой. Это табу никогда не было идеальным, но существовало базовое правило: нельзя просто прийти и забрать чужую страну. Россия это правило ломает, и если мир привыкнет к такой логике, никому не станет безопаснее.
Когда исчезает доверие к правилам, остается гонка страха, которая забирает деньги у медицины и образования. Израиль, находясь между Римом и Явне, должен помнить о своей истории, в которой еврейский народ выжил благодаря учебе и спору, а не только силе.
Боль другого не делает твою боль меньше
После 7 октября израильская боль огромна. Она продолжается в судьбах заложников и страхе жителей. Поэтому многим израильтянам трудно слышать о страдании палестинцев. Но Харари отделяет одно от другого: признать страдание палестинского ребенка — не значит оправдать ХАМАС.
Проблема начинается, когда общество не может удержать две мысли одновременно. ХАМАС совершил террористическую резню, но палестинские гражданские тоже страдают. Израиль имеет право защищаться, но это требует вопросов.
ХАМАС сам уничтожил свою политическую победу
Харари жестко говорит о 7 октября: ХАМАС добился военного шока, но своей жестокостью разрушил возможность политической победы. Если бы террористы атаковали только военных, международная реакция могла бы быть другой. Но ХАМАС ударил по гражданским, превратив убийство в политическое сообщение.
Израиль выиграл много боев, но вопрос в том, какую историю он оставит после этой войны. Соцсети и ИИ создают новый контекст, где доверие перемещается от людей к алгоритмам, что не помогает обществу думать.
ИИ как новая “иммиграция”
Харари предлагает метафору: ИИ — это новая волна иммиграции, которая изменит не только рынок труда, но и культуру, язык и отношения. Израиль как технологическая держава должен смотреть на это не только как на рынок возможностей, но и как на социальный эксперимент.
Израиль должен быть сильным, но если он будет только сильным, этого может оказаться мало. Государство выживает не одной армией, а доверием граждан, качеством институтов и моральной устойчивостью. Сила может остановить нападение, но не всегда умеет строить будущее.
Предупреждение Харари звучит остро: Израиль не должен выбирать между безопасностью и совестью, между армией и историей. Самая трудная задача — удержать всё это вместе. Если Израиль справится, он останется не только сильным государством, но и обществом, которое помнит, зачем ему нужна эта сила.
Это важно для Израиля, и именно поэтому такие темы обсуждаются в контексте реальной повестки. Новости Израиля | Nikk.Agency
Источник – nikk.agency
НАновости Новости Израиля Nikk.Agency